Александр Сокуров: «Книга — великая вещь, основа культуры»

«Библиотечная практика нуждается в очень серьезном «идеологическом» пересмотре»

Прошло то время, когда библиотека была единственным местом, где можно найти нужную книгу. Поэтому необходима модернизация, пересмотр идеологической направленности данного института. Современная библиотека должна взять на себя роль направляющего, «задавать интонацию чтения», представляя «лучшее из того, что создано человечеством». Для этой цели подойдет клубный формат — «с небольшим кафе, выходом в интернет, периодикой разных стран мира. /…/ Обязательно нужна видеотека — с серьезной обработкой ее состава, без какого-либо сора».

 

«Я … «загубил» свой вкус Диккенсом, Пушкиным, Чеховым»

Приверженец классической русской, европейской литературы, Сокуров имеет крайне непростые отношения с современными авторами. Запрограммированному Чеховым человеку сложно бывает потом подпустить к себе кого-то другого настолько же близко. «Выбирая круг авторов, запускаешь в душе некий процесс, так что подходить к этому нужно избирательно. Я никого другого не могу подпустить к себе так близко, как писателя. И ни перед кем другим я не могу так раскрыться. Книга — великая вещь, основа культуры. Даже если человек растет в очень тяжелых обстоятельствах, никто ему не помешает читать книгу».

 

«…на небесах Флобер подойдет ко мне и уши надерет…»

Задача режиссера, занятого экранизацией — передача, главным образом, эстетических принципов писателя. Точное следование сюжету не так важно — «собственно сюжет никогда не принадлежит автору в полной мере. Его складывание — длительный интегральный процесс, в котором повинны и другие авторы, и сама жизнь». Возможно, другая важная задача режиссера — привлечение внимание к первоисточнику. «Конечно, может, на небесах Флобер подойдет ко мне и уши надерет, но мне приятно слышать, что кто-то после моего фильма «Спаси и сохрани» впервые прочитал «Мадам Бовари»».

 

«Литература существует для того, чтобы быть с ней один на один, без посредников»

Единственный человек, в чьем исполнении можно слушать книгу — это мама, «с которой человек связан космической связью». Потому что «мамин акцент не нарушит нашей самости» и никак не повредит вашему собственному восприятию. А вот аудиокниги в исполнении артистов — повредят. «Любой артист ставит свое логическое ударение, интонационные акценты. Всё превращается в абсурд. Слушателю навязывают совсем иные смыслы, не те, которые возникли бы при самостоятельном чтении». «Нам нужно самим творить это чудо: складывать из букв слоги, из слогов — предложения, а из предложений — страницы».

Использовано интервью Евгения Авраменко

Обсуждение закрыто.