Елена Долгопят: «Сценарий — одноразовая вещь»

«Кино и литература очень разнятся»

Кино и литература очень разнятся, поэтому то, что устаивает режиссера, зачастую не удовлетворяет автора. Но если автор понимает разницу, то не сильно расстраивается. Елена Долгопят эту разницу хорошо знает и приводит пример: как показать в кино фразу «Вася шел по улице, на которой родился»? Можно добавить в сценарий встречу со старым знакомым из которой станет ясно, что это — родная для него улица, но здесь встает вопрос о важности данной информации: может, не стоит тратить на нее экранное время?..
Различность литературы и кинематографа заключается также и в том, что каждая кинематографическая деталь — «совершенно конкретна и уникальна». Если в литературе необходимо долгое описание, чтобы воссоздать конкретный образ, то в кино достаточно один раз показать синюю кофту, и зритель будет знать, что она “синяя (оттенок морской волны) кофта на пуговицах (молнии), с вышивкой (или без), с карманами, длинными (короткими) рукавами, отложным воротником, слегка протертыми локтями…” и т. д. Но даже самое подробное описание никогда не даст полного соответствия с кино.
Поэтому хотя произведения Елены Долгопят изначально кинематографичны, ей приходится много трудиться над их «переводом» в сценарии. Так что «повесть и сценарий по этой же повести — два не по­вторяющихся, совершенно разных продукта».

«Сценарий — одноразовая вещь»

Использовать старые сценарии при написании новых — невозможно. Даже если речь идет о классике, сто раз экранизированной, и даже если по нему (по сценарию) ничего не снято, он со временем устаревает. «Сценарий — одноразовая вещь».
Снять хороший фильм по плохому сценарию невозможно. Разве что режиссер сам сценарий переделает — говорят, так делал Бори Барнет (тот, который снял в 1948 фильм «Подвиг разведчика). А вот испортить можно что угодно, в том числе и хороший сценарий.
Сегодня сценарии стали жестче и лаконичнее. Вся “вода” (лирические отступления) “отжимается”, остаются лишь сугубо практичные элементы, помогающие показать происходящее. Это реплики и действия персонажей: кто куда посмотрел и как повернулся. А несколько десятилетий назад сценаристы считали возможным помещать в текст размышления, множество психологических деталей — так, например, у Геннадия Шпаликова в сценарии к фильму «Я шагаю по Москве». Сейчас бы такой сценарий киностудия не возьмет: «слишком похоже на повесть».

Использовано интервью в «Гранях»

Обсуждение закрыто.