Елена Костюкович: «Когда очень ловко ругают кого-нибудь, то людям всегда приятно читать»

А в своем новом романе «Numero Zero» Умберто Эко очень ловко ругает современную журналистику, рассказывает Елена Костюкович, первая и пока что лучшая переводчица книг профессора.

О чем роман?

О том, как в 1992 году в Милане некий медийный магнат, «жуткий скотина, замышляет сложную «многоэтажную» провокацию через газеты и журналы с целью каких-то своих денежных интересов«. К слову, в романе «все показаны мерзавцами, в том числе главный герой – повествователь«, который попадает в ловушку магната: «он должен постоянно работать ради несбыточной мечты – уйти навеки из этой грязи«.
«Герой этим воодушевляется, но и для Эко, и для нас очевидно, что так не бывает. Ему, к счастью, в этой ситуации не нужно подличать особо сильно, он просто мается, но ничего не выигрывает, до апогея мерзости не доходит. Роман кажется немного незаконченным, скажу вам сразу. Может быть, Эко его в какой-то степени и не дописал. Я предполагаю, что он мог бы еще поработать«.

Вообще, последний роман профессора Эко заметно проще тех, что он писал прежде. «То есть что описано, то, в общем-то, и есть«, без фирменных наслоений смыслов и подсмыслов. «Длинные вязкие описания«, впрочем, остались. Но и их меньше.

Возможно, поэтому про роман «Номер ноль» (или «Нулевой номер», еще не решено, что будет написано на обложке русскоязычного издания) говорят, что он более динамичный, чем другие произведения Эко. Такой динамичный и такой простой, что его можно читать в метро в семь часов утра. В этом пародийном тексте о том, как делают газету, читатель найдет «остроту, ум, все то, что отличало Эко прежде«. Но при этом он столкнется и с авторской мизантропией.

«Долго живя на свете, причин уважать человечество и ожидать от него чего-то «съедобного» остается все меньше»

«Подойдя к 80 годам, Умберто Эко пропитался отвращением к себе самому и стал лепить «я» повествователя из довольно противного материала«. Это связано «со старостью, я думаю. Ну и с общей мизантропией, с тем, что он долго прожил на свете. Я не имею в виду старость как сокрушение своего собственного организма и целостности личности. Просто, долго живя на свете, как я сейчас уже сама начинаю понимать, причин уважать человечество и ожидать от него чего-то «съедобного» остается все меньше.

И становится ясно, что если ты ругаешь, то хотя бы не лжешь. А если что-то нахваливаешь, то, рано или поздно жизнь все равно покажет, что делал это напрасно. Поэтому я думаю, что Эко просто очень сильно разочаровался в нашем мире.

Собственно, он мог бы и раньше разочароваться. Но в молодости это сделать тяжелее. Эко же очень жизнерадостный, бодрый, любящий поесть, выпить, невероятно динамичный, остроумный, быстрый. Такое персонифицированное утверждение жизни. И поэтому ему трудно было ругать все на свете, поскольку он – сама жизнь. А так как он сейчас постарел, поседел, обрюзг и уже не являет собой такое олицетворенное жизненное начало, то ему стало легче ругать всех остальных.

Новая книга очень кислая, но она интересная в том смысле, что остроумная. И вообще, когда очень ловко ругают кого-нибудь, то людям всегда приятно читать«.

Использовано интервью Даниила Адамова

Обсуждение закрыто.