История «Бродячей собаки». Золотая тусовка Серебряного века. Часть II

Кавалеры Ордена Собаки

Поскольку никакое государство без кавалеров не стоит, а кавалеры обычно очень скучают без орденов, отцы-оформители с отцом-основателем и главным государственным идеологом создали Орден Собаки. В центре у него было «всевидящее око», вписанное в треугольник, а внизу подпись: «Cave canem» — «Бойся собаки». Такие надписи делали древние римляне на пороге своих домов; что-то вроде нашего: «Осторожно, злая собака!»

yur'ev_don_juan

Юрий Юрьев — Дон Жуан в пьесе Мольера, 1910

Орден Собаки вручали почетным гражданам и особо ценным гостям. Первым кавалером стал актер Александрийского театра Юрий Юрьев. Потом, много лет спустя будут у него и Орден Ленина, и Орден Красного Знамени, и медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне». Но впервые Орденом наградили его здесь, в «Бродячей собаке», вскоре после ее открытия, в ночь с 16 на 17 января 1912 года. Тогда устроили вечер в честь актера. Надели на него и лавровый венок, и бумажный ошейник — обязательные атрибуты Ордена Собаки.

Среди кавалеров Ордена Собаки были:

  • Виктор Крушинский — инженер, директор завода, большой приятель Пронина. Он будет после революции служить главным инженером сметного сектора Цемпроекта, и его расстреляют 20 сентября 1937 г. А пока что он то и дело выручает Пронина деньгами. Когда в 1915 г. имущество «Бродячей собаки», уже прекратившей существование, распродавали с молотка, Крушинский выкупил все, заплатив в общей сложности 37 тысяч рублей.
  • Валентин Пресняков — танцовщик, хореограф, педагог. В «собачью» эпоху он был преподавателем пластики и сценического движения в Санкт-Петербургской консерватории и учил танцевать Беллу Казарозу, и об этом танце «сноб и эстет» Сергей Маковский, основатель журнала «Апполон» написал:

 

kazaroza

Белла Казароза в роли гитаны Хуаниты, 1910-е

По платью нищая — красой движений жрица,
В толпе цыган она плясала для меня
То быстрая, как вихрь, чаруя и дразня,
Кружилась бешено. То гордо, как царица,
Ступала по ковру, таинственно маня,
То вздрагивала вся, как раненая птица,
И взор ее тускнел от скрытого огня,
И вспыхивала в нем безумная зарница.
Ей было весело от песен и вина.
Ее несла волна, ее пьянила пляска
И ритм кастаньет, и пристальная ласка
Моих влюбленных глаз. И вся она была
Призывна, как мечта и как любовь грозна.
Гитана и дитя и женщина и сказка!

Пресняков потом, после революции, будет поднимать балет по всему Советскому Союзу, от Еревана до Воронежа, а закончит свои дни соратник Михаила Фокина тихо-незаметно в Пскове. Белла Казароза потеряет маленького сына, который умрет, мужа, который бросит, и певческий голос, который пропадет от болезни; — в 1929 г. она покончит с собой.

  • Петр Сазонов — в то время актер и режиссер Лиговского общедоступного театра П. П. Гайдебурова. В 1916 он со своей женой Юлией Слонимской представят публике первый в Петербурге театр марионеток. После революции, как сообщают сухие строки театральной энциклопедии, Петр Сазонов работал где-то на периферии. А в «Бродячей собаке» он отвечал за буфет.
sazonov

Петр Сазонов, 1910-е.

  • Константин Миклашевский — режиссер (а также актер и искусствовед), про которого писал Анненков в «Дневнике моих встреч»:

«Горький написал также весьма смешливую, злободневную пьесу «Работяга Словотеков» — сатиру на советского болтуна, строящего молниеносную карьеру на своем хвастливом краснобайстве. Ставивший пьесу режиссер, Константин Миклашевский, не раз просил Горького приехать на репетицию, но стеснявшийся своего комического произведения, Горький в театре так и не появился.
Я присутствовал на генеральной репетиции и на первом представлении «Работяги Словотекова» в петербургском Театре Зоологического Сада. Постановка Миклашевского была весьма изобретательна и остроумна. Миклашевский особенно интересовался театром импровизации и опубликовал в Петербурге замечательную книгу об итальянской комедии, «La Comedia dell’Arte», за которую ему была присуждена, в 1915 году, премия Императорской Академии Наук. В 1927 году, когда Миклашевский уже эмигрировал во Францию, эта книга была выпущена в Париже, на французском языке, с рядом дополнений и с посвящением Чарли Чаплину — «самому большому комедианту нашего времени» (изд. «Плеяда»).
Основавшись в Париже, Миклашевский открыл очаровательный антикварный магазинчик на Faubourg Saint-Honore, прямо против президентского дворца Елисейских Полей. В этом магазинчике, среди других предметов, имелись также забавнейшие статуэтки-куколки и маски действующих лиц итальянской комедии XVII и XVIII веков: Арлекины, Пьерро, Коломбины, Пульчинеллы, Доктора из Болоньи, Капитаны, Смеральдины, Бригеллы, Труфальдины, Маскарильи, Скарамуши, Франческины, Паскуэллы и другие, собранные Миклашевским в Венеции, в Болонье, во Флоренции, в Неаполе, в Милане… Вскоре, однако, Миклашевский был найден мертвым в своей постели: ложась спать, он забыл закрыть газовую трубку своей плиты»
.

miklashevskij

К. Миклашевский, 1910-е

  • Николай Цыбульский, он же Цибуля, он же граф О’Контрэр — композитор, не окончивший консерватории, блестящий пианист-импровизатор, исполнитель любой музыки, даже внеслуховой, для глухонемых. Ему было 33 года на момент открытия «Бродячей собаки», и он уже был законченным алкоголиком, человеком медлительным, обрюзгшим и неряшливым. Денег у него почти никогда не было. Но в «Собаке» он находился практически постоянно, поскольку был там что-то вроде распорядителя, на пару с Прониным, и постоянно находились желающие поднести стаканчик маэстро. Свои поражающие воображение слушателей импровизации он не записывал, говорил «Записать? Пробовал-с. И неоднократно. Не поддается записи…». Опера «Голос жизни или скала смерти» — это, наверное, все, что из сочиненного им записи поддалось. В 1919 году следы Николая Цыбульского затерялись, и никто не знает, где и как он обрел последний приют.
  • Николай Петров, он же Коля Петер — режиссер Александринского театра. В этом театре он останется до 1933 г. и будучи его художественным руководителем, станет наполнять репертуар пьесами, отвечающими советской идеологии, так же рьяно, как до того участвовал чуть не во всех театральных экспериментах Петербурга. Его жизнь будет полна свершениями и достижениями. В 1948 г. ему дадут Сталинскую премию I степени. Вот только до народного артиста СССР он так и не дорастет. Останется в рамках РФСР. Почему-то. Коле Петеру всегда была свойственна повышенная активность: в первый же сезон «Бродячей собаки» он срежиссировал там 11 программ.

Конечно, кавалерами Ордена собаки были также отец-основатель Борис Пронин, отец-оформитель Сергей Судейкин и Михаил Кузмин — главный демон «Бродячей собаки». Он маленький (субтильный), изящный, изысканный. С точеными чертами и глазами, про которые потрясенная юная Цветаева напишет:

В лучах огромных
Встают  — два солнца, два жерла,
Нет — два алмаза —
Подземной  бездны зеркала:
Два  смертных глаза.

кульбин нарисовал кузмина в 1913

Н. Кульбин. Портрет Михаила Кузмина, 1913

Много лет спустя Ахматова напишет о нем:

«…он, вероятно, родился в рубашке, он один из тех, кому все  можно.  Я  сейчас  не буду перечислять,  что  было  можно  ему,  но  если  бы  я  это  сделала,  у современного читателя волосы  бы  стали  дыбом».

К тому времени, как открылась «Бродячая собака», Кузмин уже был фигурой легендарною и во многом одиозною. Еще в 1906 г. он вызвал скандал в обществе, опубликовав «Крылья» — повесть о гомосексуальной любви. К 1912 г. он приобрел репутацию человека, полностью отрешившегося от морали. За год с небольшим существования «Бродячей собаки» он успел пережить два страстных и драматических романа: с Сергеем Судейкиным, фактически развалив его брак с Ольгой Глебовой, и с Всеволодом Князевым — этот сам скоро вернулся в стан гетеросексуалов и в 1913 г. застрелился из-за несчастной любви все к той же Глебовой…
Кузмин на похороны не пошел. Как потом, 23 года спустя, многие не придут на похороны Кузмина, — он умрет от воспаления легких в переполненной больничной палате в Ленинграде, забытый задолго до этого. Но тогда, в «Бродячей собаке» это был подлинно владеющий умами поэт-Мефистофель. Свои стихи он сам исполнял, аккомпанируя себе на гитаре или на рояле. Говорят, очень впечатляло:

«Он улыбается, раскланивается  и словно восковой,  Коппелиусом оживленный автомат, садится за рояль. Какие у него длинные, бледные, острые пальцы. Приторно сладкая, порочная и дыхание спирающая истома нисходит на слушателей. В шутке слышится тоска, в смехе – слёзы…»

У кавалеров из правления были к тому же свои особые атрибуты, призванные подчеркнуть род их деятельности — вообще или в «Собаке». Так, например, у отвечающего за буфет режиссера Сазонова это были колпак, вилка, ложка и штопор. А у поэта Кузмина — миртовый венок и лира. У художника Судейкина палитра, кисть и берет, а у инженера Крушинского — большой кошелек и ключи. Атрибутами кавалера Миклашевского были «свисток, толстые книги, песочные часы, гусиное перо». Цыбульский выносил с собой камертон, тарелки, треугольник — и это понятно, музыкант. А вот почему балетмейстер Пресняков имел атрибуты «кусок промокашки, пара разных туфель» — остается загадкой. Ну, положим, про туфли понятно. Но промокашка?..

Загадкой остаются и личности многих других кавалеров Ордена Собаки. Ничего не удалось узнать о них. В воспоминаниях они упоминаются только по фамилиям; только фамилии и остались: Богословский, Зонов, Ротгольц, Шпис-Эшенбурх. Была среди кавалеров и одна дама. Наверное, этакая кавалерист-девица. Уварова. Ее атрибутами были «чайник, веер и большая бутылка шампанского».

Обсуждение закрыто.