Нелюбимый Генрик Ибсен

Генрик Ибсен — писатель, который (и это признается всеми) создал новую европейскую драму, как Лев Толстой создал новый роман, — у многих как художник вызывал раздражение, неудовольствие и полное неприятие. В частности, Лев Толстой относился к нему с полным презрением:

«Пишет не просто, туманно, загадками, которые сам, вероятно не сможет разгадать».

Лев Троцкий в своем очерке, посвященном Ибсену, иронизирует над ценностями, которые драматург проповедует и его собственными поступками:

Генрик Ибсен. Худ. Ю. Иванов

Генрик Ибсен. Худ. Ю. Иванов

«В личной жизни сам Ибсен, этот «дерзновенный революционер», этот «великий минус», как называют его соотечественники, покорно склоняется пред условиями, действующими извне: с педантической тщательностью подчиняется он всем условностям лицемерно-благопристойного обихода буржуазной среды. Лишь в
созданиях своего духа он стоит «высоко и свободно» (да и то не настолько, как это представляется Паульсону и самому Ибсену!), но «ах… не таков я в обыденной жизни», жалуется он на себя с горечью устами строителя Сольнеса. Как и этот строитель, он «не решается… не может подняться так высоко, как
он сам строит»*.
/* Не лишено своеобразного значения для характеристики личности Ибсена то обстоятельство, что, покидая с негодованием родину для добровольного изгнания, Ибсен потребовал себе от сейма и получил «литературную пенсию»
.

Солидарно с Троцким и мнение Генриетты Роланд–Гольст (знаменитая голландская писательница):

«Мелкий буржуа, желающий стать крупным и жить в крупнобуржуазных условиях — таковы правда и свобода, к которым стремятся герои Ибсена. Ибсен — поэт мелкобуржуазной тоски по развитом капитализме».

Николай Минский, российский литератор рубежа XIX-XX веков, автор исследования творчества Ибсена, пишет:

«В настоящее время Ибсен пользуется в одинаковой мере симпатиями и антипатиями читающей публики. Одни считают его самым глубоким поэтом нашего века; другие отворачиваются от него с тем инстинктивным чувством страха, с каким здоровый человек бежит на свежий воздух из сумасшедшего дома. Одни восхищаются той силой, с которой в его пьесах проводится известная идея; другим же кажется, что из-за идеи в пьесах Ибсена не видно живых людей…».

Другой современник Ибсена, писатель, политик, врач Макс Нордау:

«Мы видели, что Вагнер не в состоянии был выдумать ни одной фабулы, ни одного образа, ни одного положения, а всегда крал их из старых поэтических произведений или из Библии. У Ибсена почти столь же мало истинной оригинальной творческой силы, как у его родственника по духу, но так как он брезгает манерой заимствовать у других, более плодовитых писателей или черпать из живых народных преданий, то его произведения, при более тонком и глубоком анализе, оказываются еще беднее вагнеровских. Если не дать себя ослепить способностью к вариациям контрапунктиста, чрезвычайно искусного в драматической технике, и проследить темы, которые он обрабатывает с такой виртуозностью, то мы тотчас же заметим, что они безнадежно однообразны».

Обсуждение закрыто.